Как собаку назовёшь

Ольга Короткова-Турко

В голове от имён такая каша!
Как общий котел пехотного полка.
Даже пса-дворняжку вместо «Полкаша»
зовут: «Собака имени Полкан».
В. Маяковский.
Ужасающая фамильярность

 

Мой сын Павел познакомился с девушкой Федерикой из города Пезаро. Случайно, с самыми несерьезными намерениями. Так бывает. Намерения сторон, как утверждают впоследствии адвокаты, порою не совпадают. А она возьми и влюбись! Представляете? Нет чтобы просто дружить домами, как все нормальные люди. И вот из-за этого досадного недоразумения ее родные решили познакомиться с его родными, то есть с нами, нижеподписавшимися (мужвредитель присоединяется к моей подписи, прошу суд учесть это смягчающее его вину обстоятельство). Так вот, ее родные приехали в нашу ды... деревню (это, вообще-то, средневековый городок, но по российским меркам — не Большая, конечно, Деревня, как Москва, а маленькая, и даже еще меньше, на карте не ищите — не найдете). Приехали они, значит, без предупреждения, внезапно нагрянули и поэтому застали нас такими, какими мы и бываем в естественной среде обитания — распоясанными, без галстука, даже хуже — в домашних тапочках, а если уж совсем честно — на босу ногу. А в чем еще вы бы сад поливали, спрашивается? Приехали они на всякий случай всей семьей, чтобы показать себя во всей красе: сама Федерика, разнаряженная, как уже на свадьбу, ее мама, ее бой-френд, ее тетя и ее муж (тетин муж). И еще с ними была собачка… Кому трудно — для облегчения задачи на запоминание разрешаю вам запомнить одну только собачку, потому что в моем рассказе она будет играть главную роль.

Приусадебные участки итальянцев здесь обычно разгораживаются невысокой прозрачной сеточкой и цветущими кустами. Так вот, в соседнем саду есть собака — пудель по имени Чезаре. Да, да, да! Распространенная в Италии собачья кличка. Но и людей здесь тоже так называют. Пример: Чезаре Павезе, писатель. А имя Чезаре, да будет вам известно, означает «цезарь», Кай Юлий. По-русски — «царь».

В русских деревнях тоже каждая вторая собака — Рекс, «король» по-латински. Да, надо вам сказать, что хозяйка этого Чезаре (собаки, конечно, а вы что подумали?) постоянно им командует и то и дело кричит: «Чезаре, Чезаре!» Больше-то ей делать нечего. Она пытается им руководить, а бесполезно. И вот мой муж-адвокат, а по жизни — вредитель, так привык к этим соседским крикам «Чезаре, Чезаре!», что это имя у него стало ассоциироваться исключительно с собакой. Левое-то полушарие у мужчин, ответственное за гибкость мышления, вообще ведь не работает. Кто с ними близко общался, знает. Это врачи утверждают, а не я придумала!

Внимание! Далее всё будет развиваться по нарастающей, так что приготовьтесь. Дядя протягивает руку мужу-вредителю, чтобы поздороваться (как это принято в лучших домах Филадельфии и Парижа) и чтобы представиться. «Чезаре», — произносит он с достоинством свое имя. А вредитель (он же дитя в душе) смотрит в это время не на дядю, а на их собачку. Она бегает, прыгает, лает, вертит хвостом. Любо-дорого! А дядя стоит столбом и ничем не вертит. Ну на кого бы вы в такой ситуации смотрели? Правильно, я тоже бы смотрела на дядю. И я смотрела. Но у женщин не только левое полушарие работает, у них и угол зрения шире, чем у мужчин. Опять не я, это ученые утверждают. А мужчина, он даже очевидного не видит! И вот все, значит, нормальные люди смотрят на Чезаре-дядю… Все, кроме вредителя!

Все смотрят на дядю, потому что он в этой сцене главный. И в семье Федерики — тоже. Он ей заменяет отца, которого у нее нет. А вредитель в этот решающий момент отвлекся и даже, можно сказать, увлекся... Собачкой он увлекся, присел на корточки и всё пытается ее погладить. (Дитя, я же говорю.) Но до его уха долетает-таки слово «Чезаре», произнесенное дядей. И вредитель, гладя собачку, говорит ей человечьим языком: «А-а, вот как тебя, оказывается, зовут — Чезаре! Чезаре ты Чезаре! Дай, Чезаре, на счастье лапу мне!» (Да, вредитель знает всего Есенина наизусть, но нам с сыном от этого не легче.) От таких слов вредителя на лице Федерики появляется ужас. (Достоевский бы здесь написал: «Она побледнела...») А счастье было так возможно, так близко!

Рука дяди так и повисает в воздухе. В воздухе повисает и молчание.

Поднявшись с корточек и заметив всеобщее замешательство, муж-вредитель произносит с подкупающей искренностью (эх, не знал он, что Чезаре-дядя неподкупен) вторую роковую фразу: «А что — самое подходящее имя для собаки! У нас вот в соседском саду...» И тут соседка выходит как раз на балкон и кричит: «Чезаре, Чезаре!» Но это нас не спасло.

Из-за этих криков и вышел такой «реприманд неожиданный», как выразилась одна из дам в «Ревизоре».

Какому, спрашивается, дяде это понравится? Такая искренность? Тем более, как говорят англичане, in the long run. Всё равно кончилось бы разводом. Так зачем начинать? Почему? Потому что в Италии, да будет вам известно, женятся не на одной девушке, а на всей ее семье женятся в Италии, дядя включительно. All inclusive!

О свадьбе не могло быть уже и речи. Но, может, оно и к лучшему? Как думаете?

А влюбленная Федерика бросила моего сына, как только он сломал себе обе ноги и два позвонка. По настоянию родных бросила, дядя включительно. Семья в Италии — это святое!


Ольга Короткова-Турко

При подготовке материала использованы акварели Леды (Валледы) Стангони (1923, Перуджа, Италия — 1995, Момбароччио, Италия).

* Публикуется впервые.